Благодатный дух пацифизма, веющий над современным миром, хранящим в памяти картины не столь отдаленных во времени, но совершенно ужасных и беспощадных мировых боен, не обошёл стороной и древнюю мудрую игру в шахматы. Но, по сути, являясь моделью войны, бескровным и самым гуманным сражением двух деревянных армий, шахматы, которым неведомы ни болевые приемы, ни жесткие захваты, ни умопомрачительные скорости, только проиграли от этого. На наших глазах наименее зрелищный вид спорта превратился и в наименее интригующий. Разговоры о ничейной смерти подвигали шахматных реформаторов, среди которых были даже чемпионы мира, на изобретение новых правил, призванных усложнить игру, снизив вероятность мирного исхода, но эти нововведения надолго не приживались и редко принимались всерьез. Ничейная зона европейских шахмат оказалась действительно слишком велика, и в зияющую ничейную брешь до сих пор проваливается большинство партий на высшем уровне, когда сила соперников не позволяет оторваться друг от друга больше, чем на полшага. Можно называть этот приблизительный паритет принципом справедливости, однако в других видах спорта судьбу состязания решают порой сотые доли секунды, в то время как в шахматах даже два лишних коня не в состоянии обеспечить победу на пустой доске. С другой стороны, в тысячный раз сокрушаясь о губительной для боевого духа и частично отбивающей интерес от игры вероятности ничейного исхода, нельзя не отметить определенную сбалансированность шахмат, позволяющую им до сих пор, казалось бы неизвестно каким образом, держаться на плаву. Дело в том, что широта ничейной зоны является единственным противовесом преимуществу первого хода. Гроссмейстерское "белыми на выигрыш, черными на ничью" предполагает именно наличие лазейки для стороны, изначально поставленной в невыгодные условия. То есть, создается иллюзия, что два существенных недостатка европейских шахмат как бы дополняют друг друга, сохраняя баланс игры и составляя гармоничную пару. И, тем не менее, мы имеем коромысло с одним ведром: если от преимущества первого хода шахматы спасает ничейная смерть, то что спасёт их от ничейной смерти? По-видимому, уже ничего… Японские шахматы сёги, отражая бескомпромиссный самурайский менталитет, не балуют своих поклонников обилием ничьих. Их в сёги всего около 3%. Это прямое следствие правила десантирования, которое исключает саму возможность взаимного уничтожения двух армий. Ничья в сёги может получиться только вследствие четырехкратного повторения ходов или обоюдного вторжения королей при недостаточном для победы количестве очков. Однако ничейный результат в сёги и за результат не считается, а партии, не выявившие победителя, переигрываются и в зачет никогда не идут. Такая двойственность результата обусловливает бескомпромиссный дух борьбы и повышает значимость игрового мастерства. В процессе выбора хода игрок должен ориентироваться только на позиционные факторы, в то время как наличие ничейной стратегии в европейских шахматах зачастую приводит к тому, что на решения игрока, на его агрессивность и желание бороться, зачастую влияет общая турнирная обстановка. Кроме того, шахматы - типичная игра с асимметричной стратегией. Как уже упоминалось выше, белые активны и всегда стремятся выйти из дебюта с насколько возможно большим плюсом, а черные жаждут уравнения, чтобы попытать счастье в миттельшпиле. В сёги нет ничейной стратегии, нет специальных установок на игру для белых и для черных, нет преимущества первого хода. По статистике профессиональных турниров белые и черные набирают примерно равное количество очков, при этом есть профессионалы, которые показывают лучший результат, начиная партию вторыми! Сёги - это по-настоящему сбалансированная игра.